Форс-мажор

Чудское озеро завлекло меня сразу, как только побывал на нем первый раз. Да и как не полюбить такую громадину. Ведь это одно из самых больших и рыбных озер Европы! Ловятся здесь окунь и плотва, сиг и налим, судак и щука. Иногда подцепится на крючок лещ шириной с препорядочный противень. Ну, и, конечно же, сам хозяин водоема — ерш. Ловят тут рыбу на блесну и на мормышку, донкой и поплавочной удочкой, на разные насадки. Уловы бывают и так себе, и хорошие. Да в этот раз у меня не о том речь.

В народе говорят, что если послушаешь дурака, то и сам дураком станешь. Вот об одном из таких случаев мне и хочется рассказать.

Ездил я зимой на это озеро уже не один год. Запомнил места, где держится рыба, способы ловли, ну и все такое прочее, что должен знать рыболов-зимник. Пустым с озера приезжал редко. А когда привозил стоящий улов, мне, скажу прямо, завидовали. В те пятидесятые — шестидесятые годы озеро было еще чистое-пречистое. А в чистой воде и рыба вкуснющая. Но жил я тогда с женой и сынишкой в городе. А в квартире — три семьи. Тесно, конечно. Но, как говорится, в тесноте, да не в обиде. Жили мы дружно. И вот один из соседей по квартире, соблазнившись моими уловами, как-то попросил меня взять его на рыбалку. Я такое его желание горячо поддержал. И в нашем полку, подумал, прибыло. Да и был у него свой мотоцикл. Легковые машины тогда у нашего брата-работяги были еще в редкость. Но мотоцикл — это уже кое-что! Тут уже не надо выпрашивать у начальства на работе автобус или грузовик для коллективного выезда на водоем. Ведь ежели начальник сам рыболов, то с этим делом всегда проще. А ежели нет? Нередко приходилось выходить ночью на площадь и голосовать: вдруг кто-нибудь да возьмет.

Ну и наконец, свой транспорт позволяет не так часто смотреть на часы: когда захотел — приехал, когда захотел — уехал.

Правда, мотоцикл был небольшой и малосильный. В просторечье его звали «макакой». Да и ездить зимой в морозы-трескуны было на мотоцикле зябко. Но охота, как говорят, пуще неволи. Сообразил я соседу необходимые снасти, посоветовал, что надеть и обуть, и поехали мы с ним на Чудское в ближайший же выходной. Едем, а я всю дорогу молю Бога, чтобы сосед хоть что-то поймал. Ведь от этого очень даже многое зависит. Не поймает человек в первый раз, намерзнется, намается, ну и все: пиши пропало. Иного больше ничем уж не заманишь.

Но нам тогда повезло. Вернулись мы с рыбалки с хорошим уловом. Потом съездили еще пару раз. И опять удачно. И вот на дворе уж весна. А в это время лед на озере уж не тот, что зимой. Но как усидишь дома, когда рыбу удишь даже во сне! Короче, решили мы съездить на озеро еще раз.

Едем. Ночь ясная, звездная, морозец градусов под десять. Ну, да это против зимних месяцев — ничто.

Отмахали около шестидесяти километров, приехали в деревню Лаптовицы. Она на самом берегу. Озеро — вот оно! Подошли к берегу. Лед вроде бы крепкий.

— Слушай, Николай, — говорит мне мой напарник, — может, махнем в озеро на мотоцикле, а?

— Не-ет, Иван, — отвечаю ему, это теперь дохлое дело.

— Но ведь ездили же мы в те разы, — продолжает он упорствовать.

— В те разы зима была. А теперь весна.

— Но лед-то, ты смотри, — говорит он, все больше распаляясь, — крепкий же, а?

— Это он сейчас крепкий, морозцем его сковало. А вот как солнышко припечет, так он и раздрябнет. Нет, — говорю ему уже совсем твердо, — на мотоцикле в озеро нельзя. Опасно!

Идем. На льду ни снежинки. Идти легко, весело.

Отошли от берега пару километров. Солнышко встало, пора начинать ловить.

— Ну, что? — говорю напарнику, — давай вот здесь и забуримся.

— Ты что, — сделал он шаровидные глаза, — а старое место? Не-ет, пошли уж туда!

— Ваня, — говорю ему спокойно и вроде бы убедительно, — до того места надо еще столько пройти. Но дело не в этом. А дело в том, что на том месте сегодня рыбы может и не быть.

— Это почему же не может быть? — прищуривает он глаза и смотрит на меня, как баран на новые ворота. — В прошлый раз была, а сегодня там ее нет? Ты что-то крутишь, друг!

— Ничего я не кручу. В прошлый раз мы были там зимой, сейчас весна. Рыбка уж к берегу жмется.

— Ну, ты как хочешь, — говорит он, распаляясь еще пуще, — а я пойду искать старое место.

Не помогли мои увещевания. Сосед уперся рогом, как бык. Ну, хоть кол на голове теши. А как отпустить в такое озеро малоопытного человека одного? Мало ли что может случиться. Ну, например, снеговая туча нежданно-негаданно налетит. Поднимется хвиль. Я уже бывал в таких ситуациях, когда и в двадцати шагах ничего не видно. Запросто можно уйти не в ту сторону: вместо берега да в озеро! А оно только в ширину около сорока километров. Вот и плутает человек, не зная точно, куда идти. И такие случаи бывали. Чтобы не заплутать, надо кое-что знать. Да кое-что и иметь тоже. И самое верное — компас. Ориентируются, правда, и по ветру. Например, идет рыболов в озеро и примечает, что ветер дует ему в левую щеку. Значит, обратно надо идти так, чтобы ветер дул в правую щеку. Ветер дует в лицо, значит при выходе он должен дуть в спину. Но ведь ветер может перемениться. К тому же, бывают и абсолютно тихие, а то и туманные дни. Ну, а ежели небо затянуто тучами, тогда не сориентируешься и по солнцу.

Не-ет, без компаса рыбалить на больших водоемах — это все-таки риск. И компас у меня есть. А вот у напарника его нету. К тому же, он хозяин мотоцикла, и от него многое для меня зависит.

Скрепя сердце, поплелся я за ним, заранее предчувствуя неудачу. Больше часа ушло, пока мы нашли, да и то лишь примерно, то место, где рыбачили в последний раз.

Забурились. Пробуем ловить на блесну, на мормышку… Не клюют даже ерши. Не помогает и смена лунок. А солнышко уже поднялось высоко и палит так, что надо льдом поднимается и как бы течет вверх нескончаемое волнистое марево. Хоть раздевайся догола и загорай.

Садимся обедать. Постепенно мой напарник начинает понимать, что дал маху, и теперь уже он зовет меня идти ближе к берегу.

Идем, и я вдруг замечаю, что рыболовов на озере стало совсем мало. Более того, некоторые из них чуть ли не вприпрыжку спешат к берегу. Я начинаю волноваться. И на предложение Ивана остановиться и снова поудить отрицательно мотаю головой, да так, будто на меня налетела стая слепней или ос.

До берега еще больше километра, а у меня вдруг под правой ногой проседает лед.

— Иван, — говорю я сокрушенно, — я провалился!

— Да ну тебя, скажешь тоже.

Однако через несколько сотен метров я проваливаюсь еще. И хорошо, что только лишь одной ногой. Иван же и на сей раз принял мои слова за шутку. Он пониже меня росточком, полегче, идет себе и идет. А я… Я проваливаюсь в третий раз. Иван, чтобы проверить, не вру ли я, опускает ледобур в дырку. Ледобур свободно идет в воду. Тогда Иван, будто его стеганули по голому заду крапивой, отскакивает в сторону и идет дальше пружинистым шажком и вперевалочку, как гусь.

А рыболовов на льду уже нет. Чувствую что-то неладное. И вот впереди, между берегом, который уже тоже без снега, и льдом, вырисовывается темная полоса. Вода.

— Иван, — говорю я тревожно, — ведь это ж вода!

Подходим к кромке льда. Хорошо, хоть лед держит. До берега еще около двухсот метров. А перед нами и влево, и вправо, куда ни глянь — спокойная темная вода.

С берега что-то кричат люди. Но что, не разобрать. Иван опускает ледобур в воду и меряет глубину. Развернув голенища болотных резиновых сапог, приставляет ледобур к ногам. Глубина такая, что до краев голенищ, ежели опуститься потихонечку в воду, остается всего три сантиметра. Я помогаю ему, держа его за руку. И вот он стоит на дне. А я… А у меня

Сапоги с голенищами до колен. Как быть? Сесть Ивану на спину? Но с ящиком и ледобуром ему меня, не набрав в сапоги воды, не снести. А намокнуть и потом ехать на мотоцикле почти шестьдесят километров… Это же смерти подобно!

Я разуваюсь, снимаю одежду и, подняв все над головой, прыгаю в ледяную воду. Бредем потихонечку к берегу.

последний лед

— Ну, скажи ты на милость, — говорит мне удивленно Иван, — в озере лед хоть куда, а тут… С чего это он вдруг растаял?

— О, да ты и этого не знаешь, — хрипло смеюсь я и объясняю, что солнечные лучи, проходя сквозь лед на мелководье, отражаются от дна и согревают воду. Вот поэтому лед у берега и тает быстрее. — А ты еще хотел в озеро на мотоцикле…

Одевшись на берегу и побегав, чтобы согреться, я сажусь с Иваном на мотоцикл. Но мотоцикл чух-пых — и заглох. Какая-то сволочь слила бензин. На поиски горючки (хорошо хоть были деньги с собой) ушла уйма времени. Наконец, едем. Но не зря говорят, что беда не приходит одна. Мотор то и дело глохнет, а время идет и идет. И когда уже наступает вечер, прокалывается заднее колесо.

До дома мы в тот день все же добрались, правда в три часа ночи. Но тот форс-мажор запомнился мне на всю жизнь.

Автор: Н.Илларионов

Этот рассказ был опубликован нами в номере 1 «Российского рыболовного журнала» за 2003 год.