Прошедшая весна на Орловщине затянулась невероятно: до середины апреля еще ловили на прудах со льда. Половодье на Оке пришлось на двадцатые числа апреля и было очень мощным. «Мой» дачный карьер несколько дней составлял с Окой одно целое. Дачи, хозяева которых не догадались построить их на высоком фундаменте, оказались затопленными под самые крыши.
Половодье наделало много бед, но при этом капитально промыло карьер и очистило его от всякой дряни. Уровень воды в карьере в течение всего сезона открытой воды держался на метр – полтора выше обычного, так что моя калитка, выходившая на воду, все лето была наполовину затопленной, а осенью вмерзла в лед.
В карьер из Оки зашло много хорошей рыбы, и рыбалка по открытой воде была самой удачной за последние годы.
На многолюдном водоеме
О карьере я уже рассказывал. Это обычный городской водоем, с очень высокой посещаемостью. Кроме дачников полно пришлых рыболовов, браконьеров всех специальностей и просто праздных отдыхающих. Надо сказать, что я давно перестал рыбачить на карьере по выходным дням, когда на нем особенно много народа. Людская зависть и желчь — от элементарного «Смотри, как тот х.. ловит!» до фантазий типа «Принести бы мелкашку да прострелить ему лодку!» — способны отравить настроение надолго. Благо, по будним дням я успеваю порыбачить с утра и успеть к началу работы.
На мели
В конце апреля установилась сильная жара, под плюс тридцать градусов в полдень, и вода чуть посветлела. Я отправился на разведку. Главная неожиданность начавшегося сезона оказалась в том, что все привычные с прошлых лет места из-за изменившейся глубины оказались пустыми. Карася я нашел над затопленными возвышенностями, на глубинах не более метра. При этом держался он только над заросшими и захламленными участками. Особенно хорошим оказалось мелководье размером с половину футбольного поля, которое в прошлом было заболоченным, заросшим лугом. Карась стоял у самой поверхности, при этом слой чистой воды над зарослями жесткой травы и ивняка составлял не более полуметра.
Обнаружил я карася случайно и очень просто: стоило лодке приблизиться к краю мелководья, как вода буквально закипела от разбегавшейся стаи хорошего карася.
Все не так просто
Рыба обнаружена, дальше, казалось бы, дело техники — лови. Но все оказалось совсем не так просто.
Во-первых, карась практически не двигался и проявлял интерес только к самому обыкновенному подлистнику, плохо реагируя на мотыля и не обращая никакого внимания на тесто, болтушку, перловку и пр.
Во-вторых, он совершенно не реагировал ни на какую традиционную прикормку. Прикормить же его рублеными червями, смешав их с каким-нибудь балластом, тоже не получалось — из-за дефицита этих самых червей в данный период.
Так что мне не удалось подтянуть карася к какому-нибудь удобному месту и пришлось ловить над травой, сдвинув поплавок к самому грузилу. При забросе было видно, как от места приводнения поплавка в радиусе двух-трех метров во все стороны шли буруны от разбегавшихся карасей.
Поставил прозрачный наливной поплавок-шарик. Вроде бы, карась стал пугаться меньше.
Понятно, что в такой ситуации привлечь карася, обратить его внимание на насадку можно мормышкой. Заменил крючок мормышкой — ловля как-то наладилась, но игра мормышкой не получалась из-за слишком легкого поплавка. Единственной возможностью активизации клева была медленная, с остановками подмотка далеко заброшенной оснастки.
С контроллером
Решил переделать снасть, взяв за основу вариант с патерностером, предложенный Ю.П.Баличевым для ловли карпа с поверхности воды (РРЖ 1/01). Боковой поводок поставил в двух метрах от контроллера, только крючок поменял на мормышку. Опять ничего не получилось: оказалось невозможным контролировать глубину погружения мормышки, которая своим весом стягивала тяжелый контроллер и цеплялась за траву. Наконец, догадался ограничить глубину погружения поплавком-шариком, поставив его перед контроллером в пятнадцати сантиметрах от вертлюжка, к которому был привязан поводок. Эти пятнадцать сантиметров и задавали диапазон вертикальных перемещений мормышки.
Проводка осуществлялась так: энергично крутанув катушку, я делал паузу, во время которой подскочившая вверх мормышка медленно тонула. В этот момент и случались поклевки.
Поднимать леску из воды необходимости не было, однако ее натяжение я все время контролировал по кивку и не давал ей ослабнуть. В целом снасть получилась довольно громоздкой, но ничего более изящного я не придумал.
Маскировка
Учитывая специфику ловли, маскировался я в этот раз очень тщательно. На лодке я аккуратно забирался в самую гущу кустов, окружавших мелководье со стороны берега, и меня можно было разглядеть только из дач, стоявших на другом берегу. У дачников в это время хватало забот и без меня, и на протяжении трех недель мне никто не мешал.
Все имеет свой конец
Однако всему прекрасному приходит конец. В одно обыкновенное утро, ни погодой, ни давлением не отличавшееся от предыдущего, я не обнаружил над мелководьем карасей. Вернее, они были, и как выяснилось позже, оставались там все лето. Но это были карасики, меньше ладошки размером, не представлявшие для меня никакого интереса. Крупный же карась отошел на более глубокие места и в течение всего периода открытой воды больше над этим мелководьем не появлялся.
По всему карьеру
Зато у дедов-пенсионеров, впустую просидевших все это время над своими закормленными местами, наступил праздник. Разнокалиберные караси стали брать по всему карьеру и на любую насадку.
Я потратил день на поиск новых пристанищ карася. Карась был практически во всех частях карьера. Он стал активно откликаться на подкормку, и задача состояла лишь в том, чтобы обнаружить места кормежки крупного карася. Не все места оказались равнозначными с точки зрения калибра ловившихся карасей, а некоторые пришлось оставить из-за последствий половодья. В карьер зашла пропасть горчака, пескаря, разнокалиберного окуня; они концентрировались возле некоторых камышовых куртин и не давали ловить на червя. В других местах мешала плотва. Как правило, это были места, примыкающие к глубине, откуда на кормежку выходил особенно крупный карась.
В камышах
Одним из уловистых мест был камышовый остров недалеко от моей дачи. Эта близость определила повышенное внимание к нему с моей стороны, и я стал ловить в камышах постоянно. Ловил на мормышку, летней удочкой с боковым кивком. Карась в камышах чувствовал себя в безопасности и брал в окошках чистой воды очень уверенно. Постоянно подбрасываемой прикормкой я раззадоривал карася, и он бросался на все, что шевелилось, даже на «чертика» с подвесным тройником. Скорость ловли при этом возрастала многократно, и уловы были отменные. Высохший прошлогодний камыш помогал мне маскироваться, да и сам я держал окрестности под наблюдением, чтобы не засветиться.
«Электрики»
Помогло это, впрочем, мало. Приплыв однажды утром к острову, я увидел поломанный и взбудораженный камыш и какие-то тропы в нем. Клева не было никакого, и пришлось перебраться на другое место. Я решил, что это специалисты по сетям и «азовкам» порезвились ночью. Обычно через пару дней после такой пиратской атаки уловистое место восстанавливается, так что плохо-бедно, но можно ловить. Однако когда я через некоторое время обнаружил в камышах всплывших, раздувшихся лещей, стало понятно, что это поработали «электрики». Видимо, они уничтожают не только рыбу, но и какие-то донные организмы, которые, разлагаясь, отпугивают рыбу надолго. Во всяком случае, это прекрасное место перестало быть таковым до самой осени.
Позже, наблюдая за пузырьками воздуха, производимыми копошащимся на дне карасем, я имел возможность наблюдать, как кормящаяся стая направлялась к острову, но метрах в пятнадцати от него, словно наткнувшись на стену, поворачивала в сторону.
«Шагающая» мормышка
Еще один неприятный результат электрического безобразия состоял в том, что карась вообще перестал оставаться на ночь в этом заливе. Утром он выходил на кормежку, а затем возвращался на глубину. Я попробовал остановить его передвижение прикормкой, но безрезультатно. Карась подходил на прикормку, иногда по несколько раз, но потом все равно уходил вместе со стаей.
Тогда я стал ловить на мормышку, как на микроджиг, способом, детально описанным Д.Баличевым в РРЖ 2/99. Вместо пикера я использовал сверхлегкое спиннинговое удилище параболического строя. Недостатков у этого способа обнаружилось два:
1) не удавалось калибровать рыбу — карась ловился весь подряд, и
2) проводка никак не напоминала игру мормышкой.
Легче всего удавалась равномерная проводка над дном, но карась ее игнорировал. Хорошие результаты дала ступенчатая проводка. Я клал мормышку на дно, выбирал слабину, чуть нагружая вершинку, и, качнув вершинкой, шагал мормышкой по дну, делая десятисекундную паузу на каждом шаге.
Лодку я ставил таким образом, чтобы лучше было отслеживать перемещения кормящегося карася.
Электричество против сетей
Вообще, после нескольких рейдов «электриков» карась покинул обычные места своего летнего пребывания и практически не заходил в прибрежные заросли, в коряжник и в траву на мелководье. Дело дошло до того, что с середины лета местные браконьеры перестали ставить сети: карась перестал попадаться в них вовсе. Если кто и ставил, то в нем без ошибки можно было угадать новичка.
Все живое борется за жизнь, и карась, каким бы глупым он ни был, — не исключение. После таких уроков он стал невероятно осторожен и пуглив.
Смена тактики
Из факта потери острова как уловистого места были сделаны практические выводы. Тактика была радикально перестроена. Я больше не ловил на одном месте два дня подряд, каким бы замечательным ни был клев накануне. На всем карьере были определены пять примерно равнозначных мест, которые я поочередно облавливал. Если вблизи намеченного места ловли были конкуренты, то рыбалка проводилась на каком-либо запасном месте.
Из этих пяти мест два были постоянными стоянками карася. Так вот, на них карась ловился в любую погоду, в любое время дня, на обычного червя, до самой глубокой осени. Одно из мест представляло собой неприметное окно среди водной растительности, под которым находилась довольно приличная яма, а другое — миниатюрный «залив» в мощном залитом водой кусте, венчавшим тянувшиеся к берегу заросли ивняка. В обоих местах я ловил на мормышку на летней удочке.
Куст
Особенно замечательна была ловля в кусте. Я вставал на лодке с торца куста, поднимал конец удилища на метр выше него, опускал мормышку до поверхности воды, надвигал конец удилища на край куста и потихоньку опускал его вниз. Леска скользила по листве, а мормышка опускалась в воду прямо к корням куста. После поклевки я оттягивал карася в сторону от куста и только потом подводил его к лодке.
При всех неудобствах это, похоже, был единственный вариант ловли в том месте. Однажды я попробовал встать напротив «заливчика» и не увидел ни единой поклевки: карась видел и лодку, и меня. Интересно, что к этому кусту браконьеры регулярно привязывали сети, но я ни разу не видел карася, попавшегося в сеть с этого края.
В непогоду
Для прошедшего лета была характерна очень неустойчивая погода, с дождями и ураганными ветрами. Я нашел пару мест, где можно было ловить в самый сильный ветер. Держал я их в резерве, так как, к сожалению, на обоих местах карась был только проходящий. Направляясь к месту очередной рыбалки, я обязательно незаметно прикармливал эти места какой-нибудь «долгоиграющей» приманкой. Обычно это была смешанная в равных долях распаренная и сухая ячневая крупа с небольшим количеством глины и песка. Эта немудреная тактика позволяла быть с уловом, пусть и скромным, даже в такие дни, когда в зонах основной ловли лодку срывало ветром с якорей.
Знание водоема — важнее всего
В выходные дни я не рыбачил на карьере по причинам, изложенным выше, а предпринимал рыболовные экспедиции на другие водоемы. Если оценивать эти экспедиции с точки зрения улова, зачастую они не шли ни в какое сравнение с моими уловами на карьере. Про затраты даже и говорить не стоит. Причины относительных неудач, конечно же, в слабом знании этих сравнительно редко посещаемых мною водоемов. Обстановку на водоеме в наше время стая моторизованных «волков» за одну ночь может изменить гораздо радикальнее, чем иные естественные причины и катаклизмы. Надлежащее знание водоема и сложившейся на нем обстановки сегодня гораздо важнее любых изысков в части снастей, насадок, прикормок и пр.
Автор: О.Архипов
Эта статья Олега Петровича Архипова была опубликована в номере 2/04 «Российского рыболовного журнала». Воспроизводится по материалам редакционного архива.