Первое, что я делаю, когда приезжаю на тот или иной водоем, это смотрю на него и определяю, каков сегодня уровень воды, какова ее прозрачность, как разрослась «трава», играет ли рыба, — и подмечаю многие другие признаки, которые в своей совокупности и представляют состояние водоема на данное время. Фаза луны и расположение звезд на небосклоне, имеющие, по мнению некоторых рыболовов-аналитиков, первостепенное влияние на клев, конечно же, вызывают интерес, но если спуститься с небес на грешную землю, то сочетание метеоусловий и состояния самого водоема и создает ту обстановку, в которой случаются рыбацкие успехи и неудачи.
Дубна
В конце августа меня потянуло на Дубну. Дубна — своеобразная река, которую нужно досконально знать и любить, чтобы быть с уловом. Это особенно важно в конце летнего сезона, когда бóльшая часть рыбы, зашедшей в Дубну по весне, уже «выбита» многочисленными местными и приезжими рыболовами и браконьерами. Кстати, нигде больше я не видел такого количества стационарных «журавлей» для ловли подъемником. Эти долговременные сооружения установлены по обоим берегам Дубны с интервалом 100–200 метров. Так сказать, почерк местных браконьеров.
А привлекает Дубна, помимо чисто рыбацкого интереса, относительной близостью к Москве и красотой своих берегов.
На любимом месте
Мое любимое место представляет собой ряд коротких перекатов, разделенных двумя небольшими островами, на которые можно перейти вброд в болотных сапогах.
Подойдя к реке, я увидел, что вода несколько ниже обычного уровня и приемлемой прозрачности (вода в Дубне никогда не бывает очень чистой, она всегда с некоторой мутнецой). Я перешел вброд на первый остров, расположился под деревом около воды и занялся поисками насадки. В летнее время я редко беру с собой для ловли в проводку насадки из дома, полагаясь на то, что найду в самой реке. А найти можно множество различных личинок, которые служат рыбе привычной пищей.
Подняв со дна несколько веток и пучков травы, я обнаружил домики ручейников. К сожалению, в конце августа личинки ручейника уже окукливаются и готовятся превратиться в бабочек. Эти куколки ручейника следует доставать из домиков с большой осторожностью: они очень нежны и легко разрываются, да и, будучи насаженными на крючок, выдерживают только одну поклевку.
Наладив снасть, я стал ловить в правой по течению протоке, по которой проходила основная струя, оставляя у берегов небольшие тишинки с обратным течением. Проводку я делал, стараясь попадать на границу основной струи. Почти сразу начались поклевки, но какие-то вороватые, и по их характеру можно было догадаться, что за рыба клюет. После нескольких пустых поклевок я вытащил небольшую плотву такой величины, о которой говорят «с ладошку». Иначе такую плотву называют живцовой. Поймав еще несколько таких же плотвичек, да к тому же не подряд, а с определенными интервалами, я понял, что ловля на куколку ручейника в этот день не принесет мне ничего стоящего.
Смена насадки
Я подумал о другой насадке, но, конечно же, не о распаренных злаках или чудо-тесте, состоящем из пятидесяти ингредиентов, включая мускатный орех, а о насадке, которую можно найти на месте. Вспомнил о зеленых нитях шелковника, которые большую част лета космами полощутся на течении почти на каждом перекате. Но к концу лета шелковник отмирает, и оставшиеся темно-бурые пряди рыбу уже не привлекают.
После недолгих поисков я все же обнаружил эту зелень в мелком месте с сильным течением. Зелень была недлинная, но удивительно свежая. Насадив петелькой прядку зелени на крючок, я стал делать проводку в тех же точках, где на куколку ручейника попадалась мелкая плотва.
После нескольких холостых проплывов поплавка обозначилась типичная поклевка. Поплавок, сплывая, стал медленно притапливаться. Выждав секунды две (при ловле на зелень с подсечкой торопиться не следует, поскольку плотва редко ее бросает), я подсек, и меня обрадовала плотва граммов на сто пятьдесят. В этом же месте я поймал еще несколько примерно таких же плотвиц. Опять подтвердилось давно известное мне правило: на зелень плотва ловится более крупная, чем на другие насадки.
Новая проблема
Часто на рыбалке, когда одна проблема решена, начинаешь искать что-то новое. Так и на этот раз: удовлетворившись ловлей в правой протоке, я перешел в голову острова. За рядом старых, полусгнивших свай образовалась ямка глубиной 2–2,5 метра, с очень неровным течением. Струи воды, обтекая сваи, пересекались и создавали водовороты и завихрения. Для правильной проводки следовало утяжелить оснастку. Я поставил дополнительные дробинки и поплавок с больше грузоподъемностью.
При первой же проводке последовала резкая поклевка, рыба ворохнулась в глубине и сошла. Это явно была не плотва. Пришлось привязать крючок покрупнее. Через некоторое время после такой же резкой поклевки удалось вывести голавля граммов на триста. Если плотва клюет на зелень как-то задумчиво, хотя и верно, то голавль, как правило, берет резко, «на утоп».
В этом бучиле попадалась и хорошая плотва. После одной из подсечек рыба не хотела показываться на поверхности. Мое положение усложнялось тем, что берег был с уступом, да и кусты мешали свободному маневру. Наконец, на поверхности показался голавль. Нужно было решать, что с ним делать. Пришлось положиться на суммарную прочность удилища и лески. Плавным движением я перенес голавля из воды на берег. Это был экземпляр граммов на семьсот — достойный трофей для изящной проводочной снасти.
Наблюдения
Настало время передохнуть и перекусить. Как обычно, я расположился таким образом, чтобы можно было видеть, что происходит в воде и над водой. Вот по течению плывет какая-то красная горошинка — то ли бусинка, то ли мелкая ягода. Вдруг около нее всплывает елец и хватает эту горошинку, но тут же выплевывает. И потом несколько раз проделывает то же самое, пока не исчезает из виду. Видимо, уже в первый раз елец убедился, что перед ним нечто несъедобное, но продолжал снова и снова хватать этот предмет. Весьма похоже на игру!
Мое внимание привлекли слабые всплески около кустика травы в воде. Я вгляделся: то был щуренок-карандашик, охотившийся за молодью. Тут я увидел в миниатюре весь процесс щучьей охоты. После очередной атаки щуренку удалось-таки схватить рыбку; он проскочил какое-то расстояние и замер, держа добычу поперек. Затем через какое-то время он движением челюстей стал разворачивать ее, чтобы заглотать с головы. Точно таким же образом действует взрослая щука. И щуренку не надо было ни у кого учиться искусству охоты — всё это уже заложено в нем, так сказать «с молодых чешуй», самой природой.
У берега на песчаной отмели я обнаружил стайку пескарей. Они деловито искали что-то на дне.
Когда пескарик находил нечто вкусное, он очень смешно вставал торчком, хвостиком вверх, подбирая корм. Не эту ли повадку пескарей имитирует спиннинговая поролоновая рыбка, когда при ступенчатой проводке опускается на дно?
После отдыха я половил еще какое-то время. Затем, по своему обыкновению, почистил на берегу реки пойманную рыбу и уложил ее в ведерко уже готовой к употреблению; разобрал снасти, протер удилище и надел на него чехол; переобулся и помыл сапоги. Уложив все в рюкзак, я не спеша направился на железнодорожную станцию. Зная расписание транспорта, всегда следует заблаговременно заканчивать рыбную ловлю; лучше прийти на полчаса раньше, чем на минуту позже.
Цель и смысл
Много ли я поймал за этот день? Мой улов можно оценить по-разному: 19 плотвиц, считая несколько живцовых, пойманных еще утром, и 3 голавля. Меня этот улов и количеством, и качеством вполне удовлетворил.
Часто приходится слышать, что вот, мол, важно подышать воздухом, или важен сам процесс ловли, а отнюдь не рыба. Смею утверждать, что очень лукавят такие рыболовы. В рыболове или охотнике заложен инстинкт добытчика. Не может быть охоты без дичи и зверя, и не может быть рыбной ловли без рыбы. Любой род человеческой деятельности, если он утрачивает свой предмет, свою цель, становится бессмысленным. Конечно же, рыболов во время ловли видит не только поплавок или иной элемент рыболовной снасти, он видит и весь тот природный фон, на котором, собственно, и происходит рыбная ловля. Вот почему я совершенно не приемлю ловлю с парапета московских набережных, когда поплавок плавает не в воде, а в каком-то сусле среди предметов различного назначения. И я не понимаю рыболовов, которые готовы торчать целый день на набережной, вместо того чтобы поехать за город на природу.
Каждый выезд на рыбную ловлю, удачный или неудачный, обязательно дает любознательному рыболову что-то новое. Так и эта рыбалка еще раз подтвердила мой вывод о том, что следует ловить на ту насадку, на которую поклевки хотя и редки, но зато берет хорошая рыба, а не на насадку, которую постоянно теребит мелочь. Я опять убедился, что и в начале осени можно найти свежую зелень. После любой рыбалки кладешь еще одну «монетку» в копилку наблюдений и рыбацкого опыта.
Казалось бы, это была обычная рыбалка, одна из нескольких тысяч ей подобных за мою долгую рыбацкую жизнь, но она все же была единственной, такой, какой не было до и не будет после. Этот день по своей неповторимости был схож с утренней зарей, которая тоже единственная — не вчерашняя и не завтрашняя, а именно сегодняшняя. И он еще больше укрепил узы, связывающие меня с природой — колыбелью всего живого.
Каждый истинный рыболов по-своему приходит к ощущению природы. Один это чувство впитывает с молоком матери, другой воспитывает его в себе с течением времени. Ощущая себя частью природы, следует и относиться к ней по-доброму, как к родному человеку. Она обязательно отзовется, подарит вам такие пейзажи и такие сценки из своей жизни, которые запоминаются навсегда: на противоположный берег реки выйдет кабан и не испугается вас; ранним утром пройдет мимо острова, на котором вы ночевали, семья лосей; зайчишка выскочит прямо на дорогу; вы вдруг услышите запоздалую песню глухаря; сова заверещит на сухом осокоре, под которым вы устроили свой бивак; стая лещей, выйдя на перекат, покажет себя во всей красе; вы увидите щучью свадьбу и будете стоять не дыша, боясь нарушить это таинство; вы будете наблюдать охоту ужа за лягушкой… Природа всегда даст понять неравнодушному человеку, что он свой, что она ему доверяет. Но природа очень нежна и ранима, и только осознав, что мы всем ей обязаны, в том числе и самим своим существованием, мы сможем ее сберечь.
Автор: А.Барышников
Фото автора
Настоящая статья Андрея Федоровича Барышникова была опубликована в номере 6/1999 «Российского рыболовного журнала». Воспроизводится по материалам редакционного архива. Новую ее публикацию мы посвящаем памяти этого только что ушедшего от нас замечательного рыболова, который бал одним из лучших авторов нашего издания.